Председатель Синодального информационного отдела Московского Патриархата Владимир Легойда в интервью АиФ.ru рассказал о том, с чем могут миряне обращаться в Общецерковный суд, а также как его деятельность соотносится со светской судебной системой.
Владимир Шушкин, АиФ.ru: Общецерковный суд выпустил первое в истории заявление. Кому оно адресовано и что разъясняет?
Владимир Легойда: Церковная судебная система, по существу, только делает свои первые шаги (напомню, что она формально возникла в 2008 году, а реально заработала при патриархе Кирилле, то есть в 2009 году). Принципы её работы ясны и понятны, но практика только формируется. Не все в Церкви сегодня даже просто знают о том, что существует Общецерковный суд, епархиальные суды. И что там можно добиться правды, если есть как уверенность, так и доказательства того, что справедливость нарушена. Вот почему Общецерковный суд призван громко заявлять о себе, разъяснять порядок своей работы, устранять неточности.
– Пожалуй, самый острый вопрос, который задают в адрес Общецерковного суда: может ли он защитить мирянина, если последний считает, что священник или архиерей был к нему несправедлив?
– Есть люди, которые склонны видеть множество несовершенств в окружающих, в том числе в клириках и архиереях. Как правило, они пишут жалобы на имя Святейшего Патриарха. Таких людей немного, но они очень активны. Если все их обращения обязательно рассматривать в судебном порядке, то придётся создавать огромный штат сотрудников суда, а главное, большинство жалоб окажутся, говоря языком юристов, без «доказательной базы». Поэтому обращения мирян в Общецерковный суд обоснованно ограничены.
Вместе с тем в настоящем разъяснении суд декларирует, что в ряде случаев он может принять к рассмотрению и обращения от мирян. Для этого требуется решение председателя суда. Ведь нельзя исключить ситуацию, когда мирянин не может защитить себя иным способом, кроме как в Общецерковном суде.
Синодальный информационный отдел Московского Патриархата
