46. Нагорная проповедь

Мф. V-VII: Увидев народ, Он взошел на гору; и, когда сел, приступили к Нему ученики Его. И Он, отверзши уста Свои, учил их, говоря: Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное. Блаженны плачущие, ибо они утешатся. Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю. Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся. Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут. Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят. Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими. 10 Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное. 11 Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня. 12 Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах: так гнали и пророков, бывших прежде вас. 13 Вы — соль земли. Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою? Она уже ни к чему негодна, как разве выбросить ее вон на попрание людям. 14 Вы — свет мира. Не может укрыться город, стоящий на верху горы. 15 И, зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме. 16 Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного. 17 Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить. 18 Ибо истинно говорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все. 19 Итак, кто нарушит одну из заповедей сих малейших и научит так людей, тот малейшим наречется в Царстве Небесном; а кто сотворит и научит, тот великим наречется в Царстве Небесном. 20 Ибо, говорю вам, если праведность ваша не превзойдет праведности книжников и фарисеев, то вы не войдете в Царство Небесное. 21 Вы слышали, что сказано древним: не убивай, кто же убьет, подлежит суду. 22 А Я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду; кто же скажет брату своему: «рака», подлежит синедриону; а кто скажет: «безумный», подлежит геенне огненной. 23 Итак, если ты принесешь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, 24 оставь там дар твой пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой. 25 Мирись с соперником твоим скорее, пока ты еще на пути с ним, чтобы соперник не отдал тебя судье, а судья не отдал бы тебя слуге, и не ввергли бы тебя в темницу; 26 истинно говорю тебе: ты не выйдешь оттуда, пока не отдашь до последнего кодранта. 27 Вы слышали, что сказано древним: не прелюбодействуй. 28 А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем. 29 Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну. 30 И если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки ее и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну. 31 Сказано также, что если кто разведется с женою своею, пусть даст ей разводную. 32 А Я говорю вам: кто разводится с женою своею, кроме вины любодеяния, тот подает ей повод прелюбодействовать; и кто женится на разведенной, тот прелюбодействует. 33 Еще слышали вы, что сказано древним: не преступай клятвы, но исполняй пред Господом клятвы твои. 34 А Я говорю вам: не клянись вовсе: ни небом, потому что оно престол Божий; 35 ни землею, потому что она подножие ног Его; ни Иерусалимом, потому что он город великого Царя; 36 ни головою твоею не клянись, потому что не можешь ни одного волоса сделать белым или черным. 37 Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого. 38 Вы слышали, что сказано: око за око и зуб за зуб. 39 А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую; 40 и кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду; 41 и кто принудит тебя идти с ним одно поприще, иди с ним два. 42 Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся. 43 Вы слышали, что сказано: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего. 44 А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас, 45 да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных. 46 Ибо если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же ли делают и мытари? 47 И если вы приветствуете только братьев ваших, что особенного делаете? Не так же ли поступают и язычники? 48 Итак будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный.

6 Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного. Итак, когда творишь милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. Истинно говорю вам: они уже получают награду свою. У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая, чтобы милостыня твоя была втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно. И, когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно. А молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны; не уподобляйтесь им, ибо знает Отец ваш, в чем вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него. Молитесь же так: Отче наш, сущий на небесах! да святится имя Твое; 10 да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; 11 хлеб наш насущный дай нам на сей день; 12 и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; 13 и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого. Ибо Твое есть Царство и сила и слава во веки. Аминь. 14 Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный, 15 а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших. 16 Также, когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. 17 А ты, когда постишься, помажь голову твою и умой лице твое, 18 чтобы явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно. 19 Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут, 20 но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут, 21 ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше. 22 Светильник для тела есть око. Итак, если око твое будет чисто, то всё тело твое будет светло; 23 если же око твое будет худо, то всё тело твое будет темно. Итак, если свет, который в тебе, тьма, то какова же тьма? 24 Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и маммоне. 25 Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды? 26 Взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их? 27 Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть? 28 И об одежде что заботитесь? Посмотрите на полевые лилии, как они растут: ни трудятся, ни прядут; 29 но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них; 30 если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, кольми паче вас, маловеры! 31 Итак не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или во что одеться? 32 потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. 33 Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам. 34 Итак не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своем: довольно для каждого дня своей заботы.

7 Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить. И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? Или как скажешь брату твоему: «дай, я выну сучок из глаза твоего», а вот, в твоем глазе бревно? Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего. Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас. Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам; ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят. Есть ли между вами такой человек, который, когда сын его попросит у него хлеба, подал бы ему камень? 10 и когда попросит рыбы, подал бы ему змею? 11 Итак если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец ваш Небесный даст блага просящим у Него. 12 Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки. 13 Входите тесными вратами, потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими; 14 потому что тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их. 15 Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные. 16 По плодам их узнаете их. Собирают ли с терновника виноград, или с репейника смоквы? 17 Так всякое дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые. 18 Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые. 19 Всякое дерево, не приносящее плода доброго, срубают и бросают в огонь. 20 Итак по плодам их узнаете их. 21 Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного. 22 Многие скажут Мне в тот день: Господи! Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили? 23 И тогда объявлю им: Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие. 24 Итак всякого, кто слушает слова Мои сии и исполняет их, уподоблю мужу благоразумному, который построил дом свой на камне; 25 и пошел дождь, и разлились реки, и подули ветры, и устремились на дом тот, и он не упал, потому что основан был на камне. 26 А всякий, кто слушает сии слова Мои и не исполняет их, уподобится человеку безрассудному, который построил дом свой на песке; 27 и пошел дождь, и разлились реки, и подули ветры, и налегли на дом тот; и он упал, и было падение его великое. 28 И когда Иисус окончил слова сии, народ дивился учению Его, 29 ибо Он учил их, как власть имеющий, а не как книжники и фарисеи.

Руководство к изучению Четвероевангелия

Прот. Серафим Слободской (1912-1971)
По книге «Закон Божий», 1957.

Нагорная проповедь

(Мф. V-VII; Лк. VI, 12-41)

Iesusandaposles

После избрания апостолов Иисус Христос сошел с ними с вершины горы и стал на ровном месте. Здесь ждали Его многочисленные ученики Его и великое множество народа, собравшегося со всех концов еврейской земли и из соседних с нею мест. Они пришли послушать Его и получить исцеления от болезней своих. Все стремились прикоснуться к Спасителю, потому что от Него исходила сила и исцеляла всех.

Видя перед Собой множество народа, Иисус Христос, окруженный учениками, взошел на возвышение у горы и сел, чтобы учить народ.

Сначала Господь указал, какими должны быть Его ученики, то есть все христиане. Как они должны исполнять закон Божий, чтобы получить блаженную (то есть в высшей степени радостную, счастливую), вечную жизнь в Царстве Небесном. Для этого Он дал девять заповедей блаженств. Потом Господь дал учение о Промысле Божием, о неосуждении других, о силе молитвы, о милостыне и о многом другом. Эта проповедь Иисуса Христа называется нагорною.

Так, среди ясного весеннего дня, при тихом веянии прохлады с Галилейского озера, на склонах горы, покрытой зеленью и цветами, Спаситель дает людям Ново3аветный закон любви.

В Ветхом Завете Господь дал Закон в бесплодной пустыне, на горе Синае. Тогда грозное, темное облако закрывало вершину горы, гремел гром, сверкали молнии и раздавался трубный звук. Никто не смел приблизиться к горе, кроме пророка Моисея, которому Господь вручил десять заповедей Закона.

Теперь же Господь окружен тесною толпою народа. Все стараются подойти ближе к Нему и прикоснуться, хотя бы к краю одежды Его, чтобы получить от Него благодатную силу. И никто не уходит от Него без утешения.

Ветхозаветный закон есть закон строгой правды, а Ново-Заветный закон Христов – закон Божественной любви и благодати, который дает людям силу исполнять Божий Закон. Сам Иисус Христос сказал: «Я пришел не нарушить закон, но исполнить» (Матф. 5, 17).

ЗАПОВЕДИ БЛАЖЕНСТВА

Иисус Христос, Господь и Спаситель наш, как любящий Отец, указывает нам пути или дела, через которые люди могут войти в Царство Небесное, Царство Божие. Всем, кто будут исполнять Его наставления или заповеди, Христос обещает, как Царь неба и земли, вечное блаженство (великую радость, наивысшее счастье) в будущей, вечной жизни. Потому таких людей Он называет блаженными, т. е. самыми счастливыми.

1. Блажени нищии духом, яко тех есть царствие небесное.

1. Блаженны нищие духом (смиренные): потому что их есть (т. е. дано им будет) Царство Небесное.

Нищии духом – это такие люди, которые чувствуют и сознают свои грехи и недостатки душевные. Помнят они, что без помощи Божией ничего доброго сами сделать не могут, а поэтому ничем не хвалятся и не гордятся, ни перед Богом, ни перед людьми. Это – люди смиренные.

2. Блажени плачущии, яко тии утешатся.

2. Блаженны плачущие (о грехах своих), потому что они утешатся.

Плачущие – люди, которые скорбят и плачут о своих грехах и душевных недостатках. Господь простит им грехи. Он дает им еще здесь, на земле, утешение, а на небе вечную радость.

3. Блажени кротцыи, яко тии наследят землю.

3. Блаженны кроткие, потому что они наследуют (получат во владение) землю.

Кроткие – люди, которые терпеливо переносят всякие несчастья, не огорчаясь (без ропота) на Бога, и смиренно переносят всякие неприятности и обиды от людей, не сердясь ни на кого. Они получат во владение небесное жилище, то есть новую (обновленную) землю в Царстве Небесном.

4. Блажени алчущии и жаждущии правды, яко тии насытятся.

4. Блаженны алчущие и жаждущие правды (желающие правды); потому что насытятся.

Алчущие и жаждущие правды – люди, которые усердно желают правды, как голодные (алчущие) – хлеба и жаждущие – воды просят у Бога, чтобы Он очистил их от грехов и помог им жить праведно (желают оправдаться перед Богом). Желание таких людей исполнится, они насытятся, то есть будут оправданы.

5. Блажени милостивии, яко тии помиловани будут.

5. Блаженны милостивые, потому что они помилованы будут.

Милостивые – люди, имеющие доброе сердце – милосердные, сострадательные ко всем, готовые всегда помочь нуждающимся, чем только могут. Такие люди сами будут помилованы Богом, им будет явлена особая милость Божия.

6. Блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят.

6. Блаженны чистые сердцем, потому что они Бога увидят.

Чистые сердцем – люди, которые не только берегутся от дурных дел, но и душу свою стараются сделать чистою, т. е. хранят ее от дурных мыслей и желаний. Они и здесь близки к Богу (душою всегда чувствуют Его), а в будущей жизни, в Царстве небесном, будут вечно находиться с Богом, видеть Его.

7. Блажени миротворцы, яко тии сынове Божии нарекутся.

7. Блаженны миротворцы, потому что они будут наречены (названы) сынами Божиими.

Миротворцы – люди, которые не любят никаких ссор. Сами стараются жить со всеми мирно и дружелюбно и других мирить друг с другом. Они уподобляются Сыну Божию, Который пришел на землю, чтобы примирить согрешившего человека с правосудием Божиим. Такие люди будут названы сыновьями, т. е. детьми Божиими, и будут особенно близки к Богу.

8. Блажени изгнани правды ради, яко тех есть царствие небесное.

8. Блаженны изгнанные за правду, потому что их есть царство небесное.

Изгнанные за правду – люди, которые так любят жить по правде, т. е. по Божиему закону, по справедливости, что терпят и переносят за эту правду всякие гонения, лишения и бедствия, но ни чем не изменяют ей. Они за это получат Царство Небесное.

9. Блажени есте, егда поносят вам, и ижденут, и рекут всяк зол глагол на вы лжуще, Мене ради. Радуйтеся и веселитеся, яко мзда ваша многа на небесех.

Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня. Радуйтесь и веселитесь тогда, потому что велика ваша награда на небесах.

Здесь Господь говорит: если вас будут поносить (издеваться над вами, бранить, бесчестить вас), применять и лживо говорить о вас худое (клеветать, несправедливо обвинять), и все это вы будете терпеть за свою веру в Меня, то не печальтесь, а радуйтесь и веселитесь, потому что Вас ожидает великая, самая большая, награда на небесах, то есть особенно высокая степень вечного блаженства.

О ПРОМЫСЛЕ БОЖИЕМ

Иисус Христос учил, что Бог промышляет, то есть заботится, о всех тварях, но особенно промышляет о людях. Господь заботиться о нас больше и лучше, чем самый добрый и разумный отец о своих детях. Он оказывает нам Свою помощь во всем, что необходимо в жизни нашей и что служит для нашей истинной пользы.

«Не заботьтесь (излишне) о том, что вам есть и что пить, или во что одеться», сказал Спаситель. «Взгляните на птиц небесных: они не сеют, ни жнут, ни собирают в житницу, и Отец ваш Небесный питает их; а вы не гораздо ли лучше их? Посмотрите на полевые лилии, как они растут. Они не трудятся, ни прядут. Но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякие из них. Если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, то тем более вас, маловеры! Бог же, Отец ваш Небесный, знает, что вы имеете нужду во всем этом. Потому, ищите прежде всего царствия Божия и правды Его, и это все приложится вам».

О НЕОСУЖДЕНИИ БЛИЖНЕГО

Иисус Христос не велел осуждать других людей. Он так сказал: «не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены. Потому что каким судом вы судите, таким и вас будут судить (т. е. если вы будете снисходительны к поступкам других людей, то и Божий суд будет милостив к вам). И какою мерою вы мерите, такою и вам будут мерить. И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего (т. е. всякого другого человека), а бревна в своем глазе не чувствуешь? (Это значит: зачем ты любишь подмечать в других даже незначительные грехи и недостатки, а в самом себе не хочешь видеть и больших грехов и пороков?) Или, как скажешь брату твоему: дай я выну сучок из глаза твоего; а вот, в твоем глазе бревно? Лицемер! Вынь прежде бревно из своего глаза (постарайся прежде всего исправить самого себя), и тогда увидишь, как вынуть сучек из глаза брата твоего» (тогда сумеешь и в другом исправить грех, не оскорбляя, не унижая его).

О ПРОЩЕНИИ БЛИЖНЕГО

«Прощайте, и прощены будете», сказал Иисус Христос. «Потому что если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный; а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших».

О ЛЮБВИ К БЛИЖНЕМУ

Иисус Христос велел любить не только близких своих, но всех людей, даже обидевших нас и причинивших нам зло, т. е. врагов наших. Он сказал: «вы слышали, что сказано (вашими учителями – книжниками и фарисеями): люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего. А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас, да будете сынами Отца вашего Небесного. Потому что Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных».

Если вы будете любить только тех, кто вас любит; или будете делать добро только тем, кто вам делает его, и взаймы будете давать только тем, от кого надеетесь получить обратно, за что Богу награждать вас? Разве не делают того же самого и беззаконные люди? Разве не поступают так же и язычники?

Итак будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд, будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный?

ОБЩЕЕ ПРАВИЛО ОБРАЩЕНИЯ С БЛИЖНИМИ

Как мы должны обращаться с ближними своими всегда, при всяком случае, на это Иисус Христос дал нам такое правило: «во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди (а мы, конечно, хотим, чтобы все люди любили нас» делали нам добро и прощали нас), так поступайте и вы с ними». (Не делайте другим того, чего себе не желаете).

О СИЛЕ МОЛИТВЫ

Если мы будем с усердием молиться Богу и просить Его помощи, то Бог сделает все, что послужит для нашей истинной пользы. Иисус Христос так сказал об этом: «просите, и дано будет вам; ищите и найдете; стучите и отворят вам; потому что всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят. Есть ли между вами такой человек, который, когда сын его попросит у него хлеба, подал бы ему камень? И когда попросит рыбы, подал бы ему змею? Итак если вы, будучи злыми, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец ваш Небесный даст блага просящим у Него».

О МИЛОСТЫНЕ

Всякое доброе дело мы должны делать не из похвальбы перед людьми, не на показ другим, не ради награды людской, а ради любви к Богу и ближнему. Иисус Христос сказал: «Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас; иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного. Итак, когда творишь милостыню, не труби (т. е. не разглашай) перед собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. Истинно говорю вам: они уже получают награду свою. У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая (т. е. сам перед собою не хвались добром, которое ты сделал, забудь о нем), чтобы милостыня твоя была втайне; и Отец твой, видящий тайное (т. е. все, что на душе твоей и ради чего ты все это делаешь), воздаст тебе явно» – если не сейчас, то при последнем суде Своем.

О НЕОБХОДИМОСТИ ДОБРЫХ ДЕЛ

Чтобы люди знали, что для вступления в Царство Божие недостаточно только одних добрых чувств и желаний, а необходимы добрые дела, Иисус Христос сказал: «не всякий, говорящий Мне: Господи! Господи! – войдет в Царство Небесное, но только тот, кто исполняет волю (заповеди) Отца Моего Небесного», то есть мало быть только верующим и богомольным, но надо еще совершать те добрые дела, который Господь требует от нас.

Когда Иисус Христос окончил проповедь Свою, народ дивился учению Его, потому что Он учил как власть имеющий, а не как учили книжники и фарисеи. Когда Он сошел с горы, за Ним последовало множество народа, и Он, по милосердию Своему, совершал великие чудеса.



 

Архиеп. Аверкий (Таушев) (1906-1976)
Руководство к изучению Священного Писания Нового Завета. Четвероевангелие. Свято-Троицкий монастырь, Джорданвилль, 1954.

7. Нагорная проповедь

(Мф. V-VII; Лк. VI, 12-49)

IMG_20140404_173644Полностью Нагорная проповедь изложена только у Ев. Матфея. В сокращенном виде ее излагает Ев. Лука, у которого отдельные части Нагорной проповеди встречаются далее в разных местах его Евангелия. Нагорная проповедь замечательна тем, что содержит всю сущность евангельского учения. Недалеко от Геннисарётского озера между Капернаумом и Тивериадой доселе показывают «гору блаженств», с которой была произнесена Господом ради удобства многочисленного слушающего народа Нагорная проповедь. Гордый своим избранничеством и не могший примириться с потерей своей самостоятельности еврейский народ начал мечтать о приходе такого Мессии, который освободит их от чужеземного владычества, отомстит всем врагам, воцарится над евреями и поработит им все народы земли, причем даст им чисто сказочное благополучие: повелит морю выбрасывать жемчуг и все свои сокровища, оденет народ свой в багряницу, украшенную драгоценными камнями и будет питать его манною, еще более сладкою, чем та, какая посылалась им в пустыне. С такими ложными мечтами о земном блаженстве, которое дарует им Мессия, они окружили Иисуса, ожидая, что вот-вот Он провозгласит Себя Царем Израилевым и наступит этот блаженный век. Они думали, что наступает конец их страданиям и унижениям, и они будут отныне счастливы, блаженны.

И в ответ на эти их мысли и чувства, Господь раскрывает им Свое евангельское учение о блаженствах, в корне разбивая их заблуждения. Он учит здесь о том же, о чем говорил Никодиму: о том, что нам необходимо духовно переродиться, чтобы создать на земле Царство Божие, этот потерянный людьми рай, и тем приготовить себе блаженство вечной жизни в Царстве Небесном. Первый шаг к этому — сознать свою духовную нищету, свою греховность и ничтожество, смириться. Вот почему «Блажени нищий духом, яко тех есть Царствие Небесное». Блаженны те, которые, видя и сознавая свои грехи, препятствующие им вступить в это Царствие, плачут о них, ибо они примирятся с своей совестью и утешатся. Оплакивающие свои грехи доходят до такого внутреннего спокойствия, что уже становятся неспособными на кого-либо гневаться, делаются кроткими. Кроткие христиане действительно унаследовали землю, которой прежде владели язычники, но они наследуют землю и в будущей жизни, новую землю, которая откроется по разрушении этого тленного мира, «землю живых» (Исх.26:13; Апок.21:1). «Блажени алчущий и жаждущий правды», т.е исполнения во всем воли Божией, ибо они насытятся, достигнут той праведности и оправдания Божия, которые дает искреннее стремление жить по воле Божией. Поэтому «Блажени милостивии, яко тии помиловани будут» Богом, как и наоборот: «Суд без милости не сотворшим милости» (Иаков. 2:13). Искренние дела милосердия очищают человеческое сердце от всякой греховной нечистоты, а чистии сердцем блажени, потому что они своим сердцем, как духовным оком, узрят Бога. Зрящие Бога стремятся подражать Ему, уподобляться Сыну Его, примирившему человека с Богом, принесшего мир человеческой душе, они ненавидят вражду и потому становятся миротворцами, стремясь всюду водворять мир. Поэтому и они блаженны, ибо нарекутся «сынами Божиими». Достигшие такой духовной высоты должны быть готовы к тому, что этот греховный мир, «во зле лежащий» (IИоан.5:19), возненавидит их за ту правду Божию, носителями которой они являются и начнет гнать их, поносить их, злословить и всячески преследовать за их преданность Господу Иисусу Христу и Его Божественному учению. Таковых, которые много терпят здесь за Христа, ожидает великая награда на небесах.

Эти девять новозаветных заповедей, носящих название Заповедей блаженства, представляют собою в сокращенном виде как бы все Евангелие. Характерно их отличие от 10 ветхозаветных заповедей. Там говорится преимущественно о внешних поступках человека и налагаются строгие прещения в категорической форме. Здесь говорится преимущественно о внутренней настроенности человеческой души и излагаются не требования в категорической форме, а лишь условия, при соблюдении которых достижимо для человека вечное блаженство.

Евангелист Лука дополняет учение св. Матфея о блаженстве. Он приводит слова Господа Иисуса Христа, содержащие предостережение тем людям, которые видят блаженство лишь в упоении земными благами. «Горе вам, богатые!» — говорит Господь, противопоставляя этих богатых нищим духом. Здесь имеются в виду не просто обладающие земным богатством, конечно, а уповающие на него, гордые, превозносящиеся надменно относящиеся к другим люди. «Горе вам, пресыщенные ныне: ибо взалчете» — в противоположность «алчущим и жаждущим правды», это люди не ищущие правды Божией, но довольные своей лжеправдой. «Горе вам, смеющиеся ныне: ибо восплачете и возрыдаете» — такие несомненно противополагаются плачущим, это люди беспечные, легкомысленно относящиеся к провождаемой ими греховной жизни. Мир, во зле лежащий, любит тех, кто потворствует ему, кто живет по его греховным обычаям; поэтому, «горе вам, когда все люди будут говорить о вас хорошо», это признак неблагополучия вашего нравственного состояния.

Далее Господь говорит, что все Его последователи, исполняющие эти Его наставления, будут солью земли. Соль предохраняет пищу от порчи, делает ее здоровой, приятной на вкус — так и христиане должны предохранять мир от нравственной порчи и способствовать его оздоровлению. Соль сообщает свою соленость всем веществам, с которыми близко соприкасается, так и христиане должны сообщать дух Христов всем остальным людям, еще не ставшим христианами. Соль не изменяет сущности и внешнего вида веществ, в которых растворяется, а только дает им свой вкус. Так и христианство не производит какой-либо внешней ломки в человеке и человеческом обществе, но лишь облагораживает душу человека и через это преображает всю человеческую жизнь, придавая ей особый христианский характер. «Аще же соль обуяет, чим осолится» — на востоке действительно есть вид соли, которая под действием дождя, солнца и воздуха, теряет свой соленый вкус. Такую соль уже ничем не исправишь. Так и те люди, которые, однажды вкусив благодатного общения со Св. Духом, впали в непростительный грех противления Ему, уже неспособны без чрезвычайной помощи Божией, обновиться духовно.

Светом мира является собственно Господь Иисус Христос, но поскольку верующие воспринимают этот свет и отражают его в мир, они также являются «светом мира». Таковы в особенности Апостолы и их преемники, назначение которых в том и состоит, чтобы светить светом Христовым, — пастыри Церкви. Они должны так жить, чтобы, видя их добрые дела, люди прославляли Бога.

Намереваясь показать отношение Своего нового закона к ветхому, Господь предварительно успокаивает ревность иудеев по законе, подчеркивая, что Он пришел не нарушить закон, но исполнить. Христос действительно пришел на землю для того, чтобы на Нем исполнилось все ветхозаветное Слово Божие, чтобы раскрыть, осуществить и утвердить всю силу закона и пророков — показать истинный смысл и дух всего Ветхого Завета. «Как Он исполнил закон?» — спрашивает блаж. Феофилакт: «во-первых тем, что совершил все, предсказанное о Нем пророками. Он исполнил закон и тем, что восполнил его, ибо в совершенстве начертал то, чего закон представлял одну тень», дал более глубокое и духовное понимание всех ветхозаветных заповедей, уча о недостаточности одного внешнего, формального их исполнения. «Йота» — самая малая по начертанию буква еврейского алфавита. Говоря, что «йота едина, или едина черта не прейдет от закона», Господь подчеркивает, что и самое малое в законе Божием не останется без исполнения. Фарисеи разделяли заповеди на большие и малые и не считали грехом нарушение «малых» заповедей закона, относя к ним, между прочим, заповеди о любви, милостыне и правосудии. «Малейшим наречется в Царствии Небесном», по свойству греческого выражения, значит: будет отвержен, не войдет в Царствие Небесное. Праведность книжников и фарисеев характеризовалась лишь внешним исполнением мелочных правил; она уживалась поэтому в их сердцах с самомнением, надменностью, без духа смирения и кроткой любви, с гнусными пороками и страстями, в чем Христос Спаситель неоднократно с силою обличал их. От такой внешней, показной праведности Господь и предостерегает Своих последователей.

Далее на протяжении всей 5-ой главы, начиная с 21 ст., Господь показывает, в чем именно пришел Он восполнить ветхозаветный закон: Он учит здесь более глубокому и духовному пониманию и исполнению ветхозаветных заповедей. Мало только не убивать человека физически, нельзя убивать его и морально, гневаясь на него напрасно. «Всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду; кто же скажет брату своему «рака», подлежит синедриону: а кто скажет «безумный», подлежит геенне огненной». Здесь применительно к еврейским представлениям указывается различная степень грехов гнева против ближнего. Обычный городской суд ведал меньшими преступлениями; большие преступления подлежали великому Синедриону, или сонмищу, высшему судилищу, находившемуся в Иерусалиме и состоявшему из 72 членов под председательством первосвященника. «Рака» значит «пустой человек» и выражает собою презрение. «Уроде» или «безумный» выражает собою крайнюю степень презрения или пренебрежения к ближнему: так называли не только глупого, но и нечестивого, бессовестного человека. Наказание за эту высшую степень гнева — «геенна огненная». Так называлась долина Энномова, находившаяся к юго-западу от Иерусалима, в которой при нечестивых царях совершалось отвратительное служение Молоху (4 Цар. 16:3 и 2 Парал. 28:3), где проводили юношей через огонь и приносили в жертву младенцев. Эта долина, после прекращения идолопоклонства, сделалась предметом ужаса и отвращения. Туда стали свозить из Иерусалима нечистоты и трупы остающихся без погребения; там же совершались иногда и смертные казни; воздух в этой долине был так заражен, что для очищения его там постоянно горел огонь; поэтому место это стало страшным и отвратительным, прозвано долиной огненной и стало служить образом вечных мучений грешников. Кротость и любовь христианина к ближним должна простираться до того, чтобы не только самому не гневаться ни на кого, но и ничем не вызывать гнева против себя со стороны ближнего, разумеется, с недобрым чувством. Это препятствует с чистой совестью приносить молитвы Богу, а потому надо поспешить примириться с братом. Применительно к римскому судопроизводству, согласно которому заимодавец мог силою вести своего должника к судье, обиженный нами брат называется нашим «соперником», с которым мы должны примириться, еще находясь «на пути» этой земной жизни, чтобы он не отдал нас Судье — Богу, и мы не понесли бы заслуженного возмездия. И св. ап. Павел торопил обидчика мириться с обиженным, говоря: «Солнце да не зайдет во гневе вашем» (Ефес. 4:26).

Точно также недостаточно одним внешним образом исполнять 7-ю заповедь закона Божия: «Не прелюбы сотвори», ограждая себя от грубого нарушения ее впадением в грех самым делом. Возвышая эту заповедь, Господь учит, что не только внешнее действие прелюбодеяния есть преступление, но и внутреннее вожделение, взгляд на женщину с вожделением. «Любодействует с женою в сердце», говорит св. Афанасий Вел.: «тот, кто согласен на дело, но препятствуют ему в том или место или время или страх гражданских законов». Не всякий взгляд на женщину грех, но взгляд, соединенный с внутренним пожеланием совершить с нею грех прелюбодеяния. В случае соблазна на грех нужно проявлять такую решимость к пресечению соблазна, чтобы не пожалеть ничего самого дорогого, каковыми являются для человека собственные члены — члены его тела, глаз или рука. В данном случае глаз или рука указываются здесь, как символы всего драгоценного для нас, которым мы должны пожертвовать ради того, чтобы искоренить страсть и избежать впадения в грех.

В связи с этим Господь запрещает мужу разводиться с своей женой, «разве словесе любодейнаго», т.е., «кроме вины любодеяния». Ветхозаветный закон Моисеев (Втор. 24:1-2) разрешает мужу развестись с своей женой, дав ей разводное письмо, письменное свидетельство, что она была его женой и что он отпускает ее от себя по такой или такой причине. Положение женщины при произволе мужа было тогда весьма тяжелым.

Господь в другом месте (Марк.10:2-12) говорит, что разрешение разводиться с женой дано Моисеем евреям, «по их жестокосердию», но что изначала не было так, что брак установлен Богом, как союз нерасторжимый. Он расторгается сам собою только в случае прелюбодеяния одного из супругов. Если же муж без этой причины разводится с своей женой, то он толкает ее на прелюбодеяние, как равно является виновником прелюбодеяния того, кто возьмет ее.

Ветхозаветный закон запрещал употреблять клятву именем Божиим в делах пустых, тем более во лжи. Третья заповедь закона Божия запрещает употребление имени Божия всуе, запрещает всякого рода легкомысленное отношение к клятве именем Божиим. Современные Господу Иисусу Христу иудеи, желая по букве исполнить это запрещение злоупотреблять именем Божиим, вместо этого, клялись небом или землей, Иерусалимом, своей головой и, таким образом, без употребления имени Божия, все же клялись и всуе и во лжи. Эти клятвы и запрещает Господь Иисус Христос, ибо все сотворено Богом: клясться каким-либо Его творением значит клясться Сотворившим, и клясться Им во лжи значит оскорблять святость клятвы. Христианин должен быть настолько честным и правдивым, что ему должны верить по одному слову: «ей, ей: ни, ни» без всякой божбы. Но в важных случаях этим отнюдь не запрещается законная клятва или присяга. Сам Господь Иисус Христос утвердил клятву на суде, когда на слова Первосвященника: «Заклинаю Тебя Богом Живым», отвечал: «Ты сказал», ибо такова именно была у евреев форма судебной присяги (Матф.26:63-64). И ап. Павел клянется, призывая Бога в свидетельство истины своих слов (Римл.1:9, 9:1, 2 Кор.1:23, 2:17, Гал.1:20 и др.). Запрещается клятва пустая, легкомысленная.

В древности месть была настолько распространена, что важно было хотя бы несколько умерить ее проявления, что и делал ветхозаветный закон. Закон Христов совсем отменяет месть, проповедуя любовь к своим врагам. Но изречение: «не противитися злу» никак нельзя понимать в смысле «непротивления злу вообще», как это делает Лев Толстой и подобные ему лжеучители. Господь воспрещает нам восставать с ответной злобой против человека, причинявшего нам зло, но ко всякому злу, как к таковому; христианин должен быть совершенно непримиримым и должен бороться со злом всеми доступными ему мерами, не допуская только зла в свое собственное сердце. Не следует понимать буквально слова: «Но аще кто ударит тя в десную твою ланиту, обрати ему и другую», ибо мы знаем, что Сам Христос поступил иначе, когда служитель на допросе у первосвященника Анны ударил Его по щеке (Иоан.18:22-23). Не только творящих зло вообще, но и наших личных обидчиков мы должны стараться исправлять, о чем есть прямая заповедь Господа в Ев. Матфея 18:15-18. Запрещается злое чувство мстительности, но не борьба со злом. Запрещается также сутяжничество, а наоборот предписывается удовлетворение нужд ближнего: «просящему у тебе дай!» Это, конечно, не исключает тех случаев, когда давать просящему не только не полезно, но и вредно: истинная христианская любовь к ближнему не допустит, напр., дать нож просящему его убийце или яд желающему лишить себя жизни.

В Ветхом Завете мы не находим заповеди: «возненавидиши врага твоего», но, по-видимому, иудеи сами извлекли себе такую заповедь из заповеди о любви к ближнему, ибо «ближними» они считали только людей, близких по вере, по происхождению или по взаимным услугам. Остальные, т.е. иноверцы, иноплеменники и люди, выказавшие злобу, считались «врагами», любовь к которым казалась неуместной. Христос же заповедал, чтобы, как Отец наш Небесный, чуждый гнева и ненависти, любит всех людей, далее злых и неправедных, как детей Своих, так и мы, желающие быть достойными сынами Отца Небесного, любили бы всех, даже врагов своих. Господь желает, чтобы Его последователи в нравственном отношении были выше иудеев и язычников, любовь которых к другим людям основана в сущности на себялюбии. Любовь ради Бога, ради заповеди Божией, достойна награды, но любовь по естественной склонности или ради своей житейской выгоды, награды не заслуживает. Так, восходя постепенно все выше по лествице христианского совершенства, христианин дойдет, наконец, до высочайшей и труднейшей для естественного и невозрожденного человека заповеди о любви к врагам, которой заключает Господь первую часть Своей нагорной проповеди. И как бы желая показать, насколько исполнение этой заповеди уподобляет слабого и несовершенного человека Богу, Он и подтверждает, что идеал христианского совершенства и состоит именно в Богоуподоблении: «Будите убо вы совершени, якоже Отец ваш Небесный совершен есть». Это вполне согласно с Божественным планом, выраженным еще при сотворении человека: «Сотворим человека по образу Нашему и по подобию» (Бытия гл.1 ст. 26). Божественная святость для нас недостижима, а потому здесь не равенство между нами и Богом имеется в виду, но некое внутреннее уподобление, приближение постепенное бессмертной человеческой души к ее Первообразу при помощи благодати. Вторая часть Нагорной проповеди, составляющая содержание 6-ой главы, излагает учение Господа о милостыне, о молитве, о посте и увещание стремиться к главной цели человеческой жизни — Царствию Божию. Сказав ученикам Своим, чего они не должны и что должны делать, чтобы достигнуть блаженства, Господь перешел затем к вопросу о том, как надо делать то, что Он заповедал. Ни дел милосердия, ни дел Богопочтения, каковы молитва и пост, мы не должны делать на показ, ради людской славы, ибо в таком случае людская похвала и будет нашей единственной наградой. Тщеславие, как моль, съедает все добрые дела, а потому лучше творить все доброе в тайне, чтобы не лишиться награды от Отца нашего Небесного. Здесь не запрещается, конечно, подавать милостыню и явно, но запрещается делать это с целью обратить на себя внимание и снискать похвалу от людей. Не запрещается также молиться в храмах, но запрещается молиться намеренно на показ. Можно, по мысли св. Златоуста, и в закрытой комнате молиться по тщеславию, и тогда «затворенные двери не принесут никакой пользы». Под многословием в молитве понимается мнение язычников о молитве, как о заклинании, которое чем чаще его повторять, тем может быть действеннее. Мы молимся не потому, чтобы Бог не знал наших нужд, а лишь для того, чтобы через молитву очистить сердце и сделаться достойными Божиих милостей, вступив духом своим во внутреннее общение с Богом. Это Богообщение и есть цель молитвы, достижение которой не зависит от количества произносимых слов. Порицая многословие, Господь в то же время многократно заповедует неустанные молитвы, научая, что должно всегда молиться и не унывать (Луки 18:1) и Сам ночи проводя в молитве. Молитва должна быть разумной: мы должны обращаться к Богу с такими просьбами, которые достойны Его и исполнение которых спасительно для нас. Для научения нас такой молитве Господь и дает, в качестве образца, молитву «Отче наш», получившую поэтому название молитвы Господней. Как образец, эта молитва отнюдь не исключает собою других молитв: Сам Господь молится, произнося другие молитвы (Иоан.17). Называя Бога нашим Отцом, мы сознаем себя Его детьми, а в отношении друг ко другу — братьями, и молимся не только от себя и за себя, но от лица всех и за всех. Говоря: «Иже еси на небесех», отрешаемся от всего земного и возносимся умом и сердцем в горний мир. «Да святится Имя Твое» — да будет Имя Твое свято для всех людей, да прославляют все люди и словами и делами своими Имя Божие. «Да приидет Царствие Твое» — царство Мессии Христа, о чем мечтали все иудеи, неправильно только представляя себе это царство в чувственном виде — здесь мы молимся о том, чтобы Господь воцарился в душах всех людей и, после этой временной земной жизни, сподобил бы нас вечной блаженной жизни в общении с Ним. «Да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли» — пусть все в мире совершается по всеблагой и премудрой воле Божией и пусть мы, люди, так же охотно исполняем волю Божию на земле, как исполняют ее ангелы на небе. «Хлеб наш насущный даждь нам днесь» — дай нам на сегодня все, что необходимо для нашей телесной пищи; что будет с нами завтра, мы не знаем: мы нуждаемся только в «насущном» хлебе, т.е. ежедневном, необходимом для поддержания нашего существования. «И остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим»: эти слова поясняются св. Лукою, который приводит эти слова так: «И остави нам грехи наша» (Лук. 11:4) — грехи это наши долги, потому что греша, мы не исполняем должного и остаемся должниками перед Богом и перед людьми. Это прошение с особой силой внушает нам необходимость прощать нашим ближним все обиды: не прощая другим, мы не смеем просить о прощении Богом наших грехов, не смеем молиться словами Молитвы Господней. «И не введи нас в напасть, или в искушение» — испытание наших нравственных сил путем склонения к какому-либо ненравственному действию. Мы просим тут Бога оградить нас от падения, если такое испытание наших нравственных сил неизбежно и необходимо. «Но избави нас от лукаваго» — от всякого зла и от виновника его — диавола. Молитва заканчивается уверенностью в исполнении просимого, ибо Богу принадлежит в сем мире вечное царство, бесконечное могущество и слава. Слово: «Аминь» с еврейского означает: «так», «действительно», «истинно», «да будет». Оно произносилось в синагогах молящимися в подтверждение молитвы, произнесенной старшим.

Учение Господа о посте, который также должен быть для Бога, а не для получения похвалы людской, ясно свидетельствует о том, сколь неправы те, которые говорят, будто Господь не предписывал Своим последователям поститься. Постясь, не следует так изменять своего наружного вида, чтобы этим привлекать внимание к себе, но являться перед людьми таким, как всегда: на Востоке было принято, совершив омовение тела, умащаться маслом, особенно помазать им голову; фарисеи же в дни поста не умывались, не расчесывали волос и не мазали их маслом, привлекая к себе общее внимание своим необычным видом, что и порицает Господь. Далее с 19 стиха 6-ой главы Господь учит нас искать прежде всего Царствия Божия и не отвлекаться от этого искания никакой иной заботой: не заботиться о приобретении и накоплении земных сокровищ, которые недолговечны и легко подвергаются порче и уничтожению. Где у кого собрано сокровище, там он и пребывает постоянно своими мыслями, чувствами и желаниями. Поэтому христианин, который должен быть сердцем своим на небе, не должен увлекаться земными стяжаниями, но должен стремиться к приобретению небесных сокровищ, каковыми являются добродетели. Для этого нужно хранить сердце свое, как око. Мы должны оберегать свое сердце от земных желаний и страстей, чтобы оно не перестало для нас быть проводником духовного, небесного света, как телесное око является для нас проводником вещественного света. Кто думает одновременно служить Богу и Маммоне (Маммона — сирское божество, которое почитали, как бога — покровителя земных сокровищ или благ, или вообще богатства, как Плутос у греков) тот подобен желающему угодить двум господам, имеющим разный характер и представляющим разные требования, что очевидно невозможно. Господь влечет нас к небесному и вечному, а богатство к земному и тленному. Поэтому, чтобы избежать такой двойственности, мешающей делу вечного спасения, надо отказаться от чрезмерных, излишних, беспокойных, томительных забот о пище, питье и одежде — таких забот, которые поглощают все наше время и внимание и отвлекают нас от забот о спасении души. Если Бог так заботится о неразумной твари, давая пищу птицам и роскошно одевая полевые цветы, то тем более не оставит Он без всего необходимого для земной жизни человека, созданного по образу Божию и призванного быть наследником Царствия Божия. Вся наша жизнь — в воле Божией и не зависит от наших попечений: разве можем мы сами, заботясь, прибавить себе росту хоть на один локоть? Все это, однако, не значит, что христианин должен отказаться от трудов и предаться праздности, как пробовали некоторые еретики истолковывать это место Нагорной проповеди. Труд заповедан человеку Богом еще в раю, до грехопадения (Быт. 2:15), что подтверждено вновь при изгнании Адама из рая (3:19). Тут осуждается не труд, а чрезмерная гнетущая забота о будущем, о завтрашнем дне, который не в нашей власти и до которого нам еще надо дожить. Здесь лишь указывается иерархия ценностей: «Ищите прежде Царствия Божия и правды Его: в награду за это Господь Сам позаботится о вас, чтобы вы имели все необходимое для земной жизни, и мысль об этом не должна вас мучить и угнетать, как неверующих в промысел Божий язычников». Эта часть Нагорной проповеди 6:25-34 представляет нам замечательную картину Промысла Божия, пекущегося о Своей твари. «Не пецытеся убо на утрей, утренний бо собою печется» — неразумно заботиться о завтрашнем дне, потому что завтрашний День вне нашей власти, и мы не знаем, что принесет он с собой: завтрашний день может принести с собой заботы, о которых мы и не думаем.

Третья часть Нагорной проповеди, заключающаяся в 7-ой главе, учит нас не осуждать ближних, охранять святыню от поругания, о постоянстве в молитве, о широком и тесном пути, о лжепророках, об истинной и ложной мудрости. «Не судите, да не судими будете» — эти слова св. Лука передает так: «Не осуждайте, да не осуждени будете» (6:37). Здесь запрещается следовательно не «суждение» о ближнем, а «осуждение» его, в смысле пересудов, происходящих, по большей части, из каких-либо самолюбивых и нечистых побуждений, из тщеславия, гордости, запрещается злословие, злоязычие, злобное порицание чужих недостатков, проистекающее из чувства нелюбви, недоброжелательства к ближнему. Если бы здесь запрещалось вообще всякое суждение о ближнем и его поступках, тогда не мог бы Господь сказать дальше: «Не дадите святая псом: ни пометайте бисер ваших перед свиниями» и не могли бы христиане исполнять своей обязанности — обличать и вразумлять согрешающих, что предписывается Самим же Господом дальше в гл. 18 ст. 15-17. Запрещается злое чувство, злорадство, но не сама по себе оценка поступков ближнего, ибо не замечая зла, мы легко могли бы начать относиться безразлично ко злу и добру, потеряли бы чувство различения добра и зла. Вот как говорит об этом св. Златоуст: «Если кто прелюбодействует, неужели я не должен сказать, что прелюбодеяние есть зло, и неужели не должен исправить распутника? Исправь, но не как неприятель, не как враг, подвергая его наказанию, но как врач, прилагающий лекарство. Надо не порицать, не поносить, но вразумлять; не обвинять, но советовать; не с гордостью нападать, но с любовью исправлять» (Б. 23). Здесь Христос запрещает с недобрым чувством порицать людей за их недостатки, не замечая своих собственных, может быть, еще больших недостатков, но тут нет речи о гражданском суде, как это хотят видеть некоторые лжеучители, как нет речи и об оценке поступков человека вообще. Эти слова Господа имели в виду гордых самомнительных фарисеев, которые с немилосердным осуждением относились к другим людям, себя одних считая праведниками. Тут же после этого Господь предостерегает Своих учеников от проповеди Своего Божественного учения — этого подлинного бисера — тем людям, которые, подобно псам и свиньям, неспособны оценить его, по своему крайнему закоснению во зле, и которые, погрязши глубоко в разврате, пороках и злодеяниях, с ожесточенной злобой относятся ко всякому добру.

Далее в наставлении: «Просите и дастся вам» Господь учит постоянству, терпению и усердию в молитве. Истинный христианин, помнящий наставление Господа: «Ищите прежде Царствия Божия и правды его» не станет в своей молитве домогаться получения чего-либо суетного, вредного для спасения души, а потому может быть уверен, что по молитве его «дастся» ему и «отверзется» ему, как обещает Господь тому, кто усердно молится. Ев. Матфей говорит: «Отец ваш Небесный даст блага просящим у Него», а св. Лука словами: «Даст Духа Святаго просящим у Него» разъясняет, какие это блага, о которых стоит и нужно просить. Отец не даст сыну вредного, а потому и Господь дает человеку только то, что является подлинным благом для человека.

В заключение наставлений об отношении нашем к другим людям, Господь изрекает правило, которое называют «золотым»: «во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними». В этом — «закон и пророки», ибо любовь к людям есть отражение любви к Богу, как любовь к братиям есть отражение любви к родителям.

Христос предупреждает, что последование Его заповедям не так легко: это «путь тесный» и «врата узкия», но зато они вводят в вечную блаженную жизнь, в то время как путь широкий и пространный, привлекательный для тех, кто не любит бороться со своими греховными страстями, ведет в погибель.

Тут же Господь и предостерегает Своих последователей от разных лжеучителей и лжепророков, которые могут совратить с этого единственного спасительного пути, каковы в настоящее время многочисленные сектанты, так заманчиво проповедующие о легкости спасения, минуя эти узкие врата и тесный путь. Эти лжеучители имеют наружный вид кротких овец, но внутри они подобны хищным волкам, губящим доверчивых овец. Этих лжеучителей можно распознать по «плодам их», т.е по жизни и по делам их. Как бы против современных сектантов, учащих об оправдании человека одною верою, без добрых дел, направлены и дальнейшие слова Господа: «Не всякий, говорящий Мне: Господи! Господи! войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небеснаго». Здесь ясно видно, что мало только веры в Господа Иисуса Христа, но нужна и жизнь, отвечающая этой вере, т.е. исполнение заповедей Христовых, добрые дела. В начале проповеди христианства многие действительно творили чудеса Именем Христовым, даже и Иуда, получивший эту власть, наравне с другими 12 Апостолами, но это не спасает, поскольку такие люди не заботились об исполнении заповедей Божиих.

Ту же мысль Господь повторяет и в заключение всей Своей Нагорной проповеди: кто только слушает слова Христовы, но не исполняет их, т.е не творит добрых дел, тот подобен человеку, создавшему свой дом на песке, и только исполняющий на деле заветы Христова учения подобен построившему свой дом на камне. Это сравнение особенно близко и понятно было иудеям, ибо в Палестине бывало частым явлением, как сильные проливные дожди, сопровождаемые бурями, сносили дома, построенные на песчаном грунте. Только исполняющий заповеди Христовы на деле может устоять в час нашедших на него, подобно буре, тяжких искушений. Не исполняющий заповедей Христовых легко впадает в отчаяние и погибает, отрекаясь от Христа. Поэтому Церковь наша в своих песнопениях и просит Христа утвердить нас «на камени заповедей Его».

Св. Матфей заканчивает свое повествование Нагорной проповеди свидетельством, что народ дивился учению Христову, ибо Христос учил их, как власть имеющий, а не как книжники и фарисеи. Учение фарисеев состояло, большей частью, в мелочах, в бесполезных словоизвитиях и словопрениях — учение Иисуса Христа было просто и возвышенно, ибо Он говорил, как Сын Божий, как никто до того не говорил, говорил при этом лично от Себя: «А Я говорю вам» — в словах Его ясно чувствовалась Божественная власть и сила.

А. В. Иванов (1837-1912)
Руководство к изучению Священного Писания Нового Завета. Четвероевангелие. Спб., 1914.

Нагорная проповедь

(Мф. 5,6 и 7 главы; Лк. 6:17-49)

Со времени избрания Апостолов Иисус Христос начинает ряд нравственных бесед, которыя служат кодексом Его нравоучения и, по всей вероятности, не раз повторялись Им перед избранными учениками и перед народом, то как особыя нравственныя поучения, то как выводы из Его притчей и длинных бесед (Сравните: Мф. 6:14,15=Мк. 4:21; Лк. 11:33; Мф. 5:18=Лк. 16:17; Мф. 5:29=Мк. 9:43,45,47).

На равнине одного возвышеннаго холма, носящаго ныне название Горы блаженств, Иисус Христос, окружённый Своими учениками и народом, собравшимся не только из Иудеи, Галилеи и Переи, но и из 10-градия (Мф. 4:25) и даже из приморских мест Тира и Сидона (Лк. 6:17), и скорбя о нём, как о неимущем пастыря (Μф. 9:36), предлагает ему учение и новыя заповеди — лучшия и высшия, нежели заповеди Закона Моисеева.

Впрочем, будучи кроток и смирен сердцем, заповеди Свои Он предлагает Своим слушателям не повелевая, а ублажая тех, кои захотят наследовать спасение и, таким образом, возвещает блаженство нищим духом, плачущим, кротким, алчущим и жаждущим правды, милостивым, чистым сердцем, миротворцам, гонимым за правду и страждущим за Христа, обещая им в будущей жизни в награду Царство Божие — до самой высшей степени лицезрения Божия и усыновления Богу Отцу и поощряя к тому примером прежде бывших пророков. Напротив, богатым, пресыщенным, смеющимся и прославляемым в сей жизни Он возвещает горе в будущей жизни и указывает на пример лжепророков, которые жили при их отцах.

Обращаясь потом от многих званных к малому числу избранных, Спаситель учит, что указанные пути блаженств — предлагаемые для свободнаго выбора другим званным — для них, как особенных избранников, делаются обязательными, потому что они соль и свет миру и что, потому, добродетели их должны служить к прославлению Отца их Небеснаго.

В то же время, предупреждая ложную мысль о противоположности между Ним и Моисеем, Он утверждает, что пришёл не нарушить, но завершить Закон Моисеев и предсказанное пророками, потому что они вечны, и что всякий нарушитель даже малейшей заповеди будет лишён Царства Божия, исполнитель же получит великую награду.

С другой стороны, предостерегая и от фарисейскаго понимания исполнения Закона, говорит, что одно буквальное исполнение Закона не ведёт к Царству Божию, и в подтверждение этого указывает, как нужно понимать Шестую Заповедь — об убийстве, пополняя её запрещением даже гнева и побуждая к примирению с близкими не только страхом геенны огненной, но и страхом заключения в темницу.

Седьмую Заповедь о прелюбодеянии Спаситель пополняет осуждением даже блудных пожеланий, требуя отсечения соблазняющих членов и предметов и устанавливая правильное понимание развода.

Заповедь о клятвопреступлении Он приводит к простому утверждению и отрицанию словами: да — нет. Это не значит, что мы всегда должны выражаться категорично и резко — жизнь не делится только на резкия грани, не богата и разнообразна — речь здесь идёт лишь о тех случаях, когда от нас требовалось бы произнести клятву, но наши слова должны быть такими весомыми, что достаточно было бы сказать: да или нет.

Суровость Закона Моисеева, требовавшаго воздаяния ока за око и прочее, Христос заменяет уступчивостью злу и неотвращением от случаев сделать близкому добро, и самую любовь к близкому возвышает до любви даже ко врагам (своим, то есть личным), в чём собственно и поставляет преимущественное совершенство добродетели Своих последователей, как сынов совершеннаго Отца Небеснаго, преимущественно перед мытарями и язычниками.

Указав дух Закона в любви и поставив любовь отличительною высшею чертою совершенства, Иисус Христос указывает пути к приобретению праведности. — Эти пути были известны и некоторым древним народам, но многие из них, чуждые духа любви и ложно понимаемые, вели к осуждению или к временной славе. Эти пути — милостыня, молитва и пост. Точно так же, как и буквальное понимание Закона убивало дух Закона, а не вело к оправданию исполнителей Закона, так и наружное исполнение заповедей о милостыне, молитве и посте не вело к совершенству.

Иисус Христос советует не творить милостыни перед глазами людей, чтобы не впасть в гордость и не сделаться милостивым только наружно – лицемерно — потому что милостыня должна совершаться без своекорыстия и должна быть следствием нашей любви к близкому. Тогда она заслуживает милость Отца Небеснаго, Который, видя совершаемое втайне, воздаст за него явно.

Молитва также должна быть следствием искренняго желания беседовать c Богом, а это исключает желание совершать молитву перед толпою или перед теми людьми, которые заняты обыкновенными житейскими делами; тем более удаляет всякую возможность пустословия в молитве. Молитва внутрь клети — то есть в тайном месте, без многословия, может быть приятна Господу и привлекает благоволение Отца Небеснаго.

Это тем естественнее, что наши молитвы вызываются потребностями нашей души и тела, но очень часто такими, которыя имеют значение временное и, по нашей ограниченности и изменчивости, бывают изменчивы до противоположности: так что необходимое, полезное и приятное ныне может оказаться излишним, вредным и неприятным завтра.

Бог же, как всеведущий, может гораздо лучше судить о наших потребностях и о нашей молитве; и как всемогущий, может исполнить наши желания или направить их к благим целям; и как всеблагий, может направить саму нашу молитву к добрым последствиям и не исполнить только того, что нам вредно.

Поэтому Иисус Христос предлагает ученикам Своим во всех случаях жизни своей довериться воле Отца Небеснаго — и даёт им образец самой молитвы, в которой выражает существенныя потребности Человеческаго духа и тела.

Вознося ум к Богу и дерзая называть Его Отцом своим, человек должен прежде всего просить, чтобы имя Его святилось — то есть свято чтилось и прославлялось в жизни и делах всех людей, чтобы все люди, соединяясь между собою в одну великую семью или одно Царство Божие и на Земле уже желали только того, чего желает Отец Небесный; чтобы делали Его волю своею волею, как ныне безпрекословно совершают эту волю на Небе Божии Ангелы, и на Земле святые человецы; и чтобы таким образом достигли Царства Божия на Небе, которое есть правда и мир и радость о Дусе Святе.

Это полное согласование своей воли с волею Отца Небеснаго должно простираться до того, чтобы даже хлеб насущный, то есть всё необходимое для жизни духовной и телесной, как например Слово Божие, пищу, питие и одежду и другие предметы необходимости мы испрашивали от Бога.

О прощении же грехов — этих постоянных долгов наших правде Божией — молились — и они действительно будут нам прощены, когда мы, совершенно отрешившись от своей воли и творя волю Отца Небеснаго, как дети Его, будем прощать людям, по неведению или злонамеренности согрешающим перед нами. Если же, по своей ограниченности или по слабости воли, под влиянием злой чужой воли, при стечении обстоятельств, мы будем наклонны к совершению греха, то чтобы Он не допустил нас до него, не дал диаволу победить нас насильством смертнаго сего телесе — как ежедневно читаем мы в вечернем правиле, не дал супротивнику ввести нас в искушение, но избавил нас от зла нравственнаго — то есть от греха — и от зла физическаго, как естественнаго наказания за грех — особенно же от власти лукаваго духа.

В исполнении этой молитвы мы можем быть уверены — как потому, что в Царстве Божием ничьей воле не должно быть места, кроме воли Божией; никакая сила не может противиться силе Божией и победить её, и всё должно быть во славу Божию — а мы и просим, чтоб славилось имя Божие, чтобы пришло Царство Его, чтобы Своею силою Он дал нам всё и избавил нас от всякаго зла — и в подтверждение своей веры и надежды на Бога говорим: Аминь, истинно, да будет.

Ещё более уверенность эту подкрепляет Иисус Христос тем, что Отец Небесный обыкновенно прощает тем, которые прощают другим людям, и наоборот, не может простить тем, которые не прощают людям их проступков.

Касательно поста, вопреки древнему взгляду на него, как на свидетельство плача, покаяния, бедствия, Иисус Христос замечает, что пост не должен сопровождаться наружными действиями, которыя привлекают лишь внимание сторонних людей и с ним и молву, славу — но должен быть направлен к цели высшей, к угождению Богу, следовательно должен иметь нравственное значение. В этом случае не внешние признаки — унылое лицо, посыпанные пеплом растрёпанные волосы — должны свидетельствовать о посте, а внутреннее сокрушение сердца, которое может и должно быть известно только Богу. Для избежания же молвы людской, постник может помазать свою голову, умыть лицо и так являться перед людьми, не показывая и вида, что он постится.

От наружных средств Иисус Христос переходит к внутренним, и первым из них поставляет безпристрастие к земным вещам. Тленность и гибельность этих вещей, увлекающее действие их на сердце и помрачающее на ум, невозможность служить богатству и Богу и недоступность для человека, при всех его заботах превзойти своею одеждой красу полевых растений или иметь всегда готовую пищу, как имеют её птицы Небесныя: всё это доказывает человеку безплодность его забот о земных нуждах и побуждает его искать прежде всего Царствия Божия.

Другим средством внутренняго совершенства является неосуждение других, к которому должно побуждать нас опасение суда со стороны других над нами самими и наша собственная небезупречность, которая часто бывает больше, чем у других. Вместе с тем, как необходимое средство совершенства, является сбережение святыни, этого лучшаго жемчуга нашей души, от поругания или от попрания нечистыми животными, под которыми можно разуметь и наши страсти и порочных людей: так как дружба с ними и обращение могут повредить нашей чистоте и добродетели.

Прежде Иисус Христос говорил о внешнем совершении милостыни; теперь Он побуждает к ней людей естественными чувствами родных и близких быть сострадательными к своим, и примером Отца Небеснаго, и личным разсчетом получать от других такое же обращение, какое мы оказываем другим.

Предпочтение теснаго пути широкому для входа в Царство Божие, осторожность от лжеучителей, которых впрочем легко различить по их делам, как деревья по плодам; наконец, не только слушание, но и выполнение слов Христовых, подтверждаемое притчами о двух домах, одном, построенном на камне и уцелевшем во время разлива вод и бури — и другом, основанном на песке и разрушившемся во время бури — составляют окончание и заключение учения Иисуса Христа о пути к блаженству и спасению.

Таково было дивное учение новаго Учителя, Галилейскаго Пророка. Божественная сила убеждения и власть, пленяющая всякий ум в послушание Богу (2 Кор. 10:5), чувствовалась в словах Христа. И народ — по замечанию Евангелиста — сразу понял отличие и превосходство Его учения перед учением фарисеев и книжников.

Примечание 1. Нагорная беседа, как показывает само название, произнесена была на горе; и это название прилагали к ней самые древние отцы и толкователи Священнаго Писания (Ориген, Златоустый, Феофилакт, Евфимий Зигабен и другие). Указание же Евангелиста Луки (6:17), что эта беседа произнесена Иисусом Христом на ровном месте, нисколько не противоречит указанию Евангелиста Матфея о произнесении её на горе. Указываемая и до сих пор путешественникам вблизи Генисаретскаго озера гора блаженств представляет собою высокий холм с обширною плоскою (ровною) вершиною. Произнесение важнейшей и первоначальной беседы на горе, по замечанию толкователей, означало высоту предложенных в ней истин и указывало на соответствие Закона Христова Закону Моисееву, возвещённому с горы.

Примечание 2. Нагорная беседа находится у Матфея и у Луки, но у последняго значительно короче и с небольшими разночтениями, которыя заставляли некоторых толкователей считать их различными; но сходство в содержании и порядке мыслей и в буквальных выражениях заставляет признать их тождественными. Разность объёма некоторые объясняют желанием Матфея соединить воедино все нравственныя речи Спасителя, к чему мог быть побуждением обычай Иисуса Христа неоднократно повторять одну и ту же мысль в разных видах, например, в притчах.

Так Матфей, а также и Лука соединяют в одно место несколько притчей, чудес и прочего. Таким объяснением отвергается единство и цельность этой беседы. Но ближайшее знакомство с содержанием этой беседы и со связью мыслей, в ней излагаемых, заставляет предположить, что это не соединение нескольких речей, а одна цельная речь, со стороны Иисуса Христа имевшая характер вступительной беседы, следовательно, обнимающей по возможности весь нравственный Закон Христов, Его взгляды на Закон Моисеев, и открывающей пути к блаженству и прочее. Некоторыя места беседы прямо указывают на то, что Иисус Христос в первый раз говорит эту речь слушателям Своим (5:17,21,27,32,43; 7:28).

Стих 3. Под именем блаженств, по слову Святого Григория Нисскаго, разумеется вся совокупность и полнота всего того, что почитается за благо и что желается как благо, без всякаго недостатка в пожелании и лишения или препятствия в осуществлении. Последователями Христовыми оно не только чается как будущее, но и присуще душе их как настоящее, насколько присутствует в них Сам Христос.

Число блаженств в сей беседе у Евангелиста Матфея девять. Но это число как можно бы было увеличить (Мф. 13:16; Лк. 1:45; Деян. 20:35 и другия), потому что в дому Отца Небесного обители многи есть для блаженства праведных: так и сократить (у Луки только четыре блаженства), потому что все они в Боге, Который будет всяческая во всех. Святой Амвросий Медиоланский, говоря о блаженствах, по исчислению Луки, находит соответствие между ними и известными философскими добродетелями: воздержанием, правдой, благоразумием и мужеством. Воздержание видит в первом блаженстве — о нищете; правду во 2-м, потому что в нём говорится об алчущих правды; благоразумие в 3-м, так как благоразумному свойственно оплакивать тленное и искать вечнаго; и наконец мужество в 4-м, так как оно проявляется в терпеливом перенесении преследований за веру, а не за преступления.

Стихи 3 и 6. Исчисляя пути блаженств, Матфей говорит о нищих духом, об алчущих правды; Лука — просто о нищих и алчущих и в противоположность им полагает богатых и сытых. Но понятно, что это не может составлять большаго различия в выражении мысли. Как нищета телесная часто не соответствует нищете духовной, так этой нищете не препятствует и богатство земное.

Нищета духовная есть смиренное сознание того, что мы ничего не имеем собственнаго, ни даже добрых дел, а если чем и владеем, то дано нам Богом временно и для блага наших близких, равно как и нашего; наши же добродетели суть плоды Духа Святаго.

То же относится и к алчбе и жажде. Эти телесныя нужды должны напоминать нам о гораздо важнейших нуждах духовных, об оправдании виновнаго человека перед Богом, и в таком случае могут быть путями к Небесному блаженству. Плач опять здесь разумеется как выражение страдания, несчастия, причиняемаго нам другими, так преимущественно плач о грехах.

И тот и другой могут вести к блаженству, если сопровождаются сознанием, что мы сами являемся причиною своих земных страданий, и что только путём этих страданий можно войти в Царство Небесное.

Стих 5. Под кротостью разумеется не только тихость и уступчивость, отрекающаяся ради миролюбия от собственных прав на принадлежащее ей, но совершенное смирение духа, не превозносящееся никакими своими достоинствами и заслугами, и полное незлобие, не питающее гнева и злобы даже против врагов своих. Следовательно, она есть добродетель, совершенно противоположная гордости, насилию и другим свойствам лиц, стремящихся к возобладанию и преобладанию на Земле.

Стих 7. Милость, обнимающая собою в обширнейшем смысле самые разнообразные способы выражения любви к близким, есть в собственном смысле Божественное свойство в человеке, делающее его наиболее подобным Богу: так как милостивый, своим милосердием к близкому и удовлетворением его нужд и недостатков, делает его равным себе и вместе делается подобным всеблагому и милостивому Богу, Который о всех промышляет по Своей милости.

Стих 8. Чистота сердца есть совершенное удаление всего греховнаго, нечистаго, плотскаго — делающая внутреннее око духа светлым и способным созерцать самого Бога.

Стих 9. Миротворцы суть те, которые и сами избегают и удаляют все поводы к ссоре, раздору, вражде и взаимному разделению людей, и начинавшееся разногласие и вражду между людьми утишают, жертвуя для того своим покоем и благами; в особенности же достойны сего названия те, которые употребляют все усилия к тому, чтобы и самим примириться и других примирить с Богом, разгневанным нашими грехами и нашею враждою против Него.

Стих 10. Гонение, преследование за всякаго рода правду, за правое слово или дело от тех, которые не любят правды во всех ея видах, Спаситель отличает от поношений, гонений, клевет и всякаго рода страданий имене ради Христова. Перенесение гонений перваго рода есть общеобязательная добродетель для всякаго высоко нравственнаго человека; перенесение страданий за Христа есть мученический подвиг, доступный немногим избранным. И если первым принадлежит Царство Небесное, понимаемое в обширном смысле, то вторым обещается мзда многа, о которой по преимуществу можно сказать с Апостолом, что она обнимает блага, их же око не виде и ухо не слыша и на сердце человеку не взыдоша (1 Кор. 2:9).

Стихи 3-11. Между заповедями и наградами за исполнение их существует строгое соответствие.

Нищие, ничего не имущие на Земле, нижайшие по своему положению в царстве Земном, сделаются обладателями Царствия Небеснаго; плачущие утешатся восполнением благодатными дарованиями духовных недостатков, наипаче же прощением грехов и дарованием благ Небесных; кроткие получат право на Землю, как здесь (что оправдалось в истории Христианства) — так в особенности на Земле живых — в Отечестве Небесном; алчущие и жаждущие правды насытятся ею, достигнув оправдания перед праведным Судом Правосуднаго Бога; и милостивые здесь помилованы будут на том же Суде; чистые сердцем узрят Бога; миротворцы удостоятся названия сынов Божиих; гонимые за правду получат Царство Небесное; все страждущие здесь, поносимые, гонимые и оскорбляемые невинно за имя Христово, будут радоваться и веселиться на Небесах и получат там в награду такия блага, которых человек и представить себе не может (1 Кор. 2:9).

Стих 13. Сравнение избранных учеников с солью указывает на черезвычайно важное значение их на Земле и определяет многия свойства, который они должны иметь. Соль употребляется и как приправа для вкуса пищи и для предохранения разлагающихся веществ от порчи. Апостолы и их преемники своими высокими качествами должны возвышать жизнь и достоинства своих пасомых, а своею деятельностью предохранять их от нравственной порчи. Но соль — как и все предметы — может потерять свои свойства. В жарких странах известны очень часто случаи потери солью своей силы: от сильнаго солнечнаго жара она химически разлагается и хотя сохраняет наружный вид соли, но на самом деле свойств соли уже не имеет — обуяет — и, как ни к чему негодная, выбрасывается вон.

Стих 17. Исполнение Закона, которое Иисус Христос приписывает Себе — вопреки мнению о нарушении Им этого Закона — можно понимать в двояком смысле: как завершение и окончание Закона, который был только пестун во Христа и главным образом вёл к Нему: кончина Закона Христос (Рим. 10:4=Галат. 3:24). Точно так же и пророки: их пророчества должны были исполниться и совершиться во Христе (Деян. 3:21 и далее=Лк 24:27).

В другом смысле — исполнение есть как бы завершение, указание самаго Духа Закона, который, выражаясь в частных ограничительных заповедях, ускользал от внимания исполнителей Закона и оставлял им одну букву, умерщвляющую дух; Христос указал и самый дух животворящий — в этом смысле Он исполнил, усовершил его.

Понимаемое в первом смысле исполнение Закона объясняет нам, почему с явлением Христа уничтожены обрядовые и гражданские законы, и условием спасения полагается не строгое исполнение Закона нравственнаго, а вера, надежда и любовь. Все жертвы и обряды были только сению грядущих благ и прообразом Царства Мессии; с наступлением Его они потеряли свою силу. Нравственный же Закон, воспитывая характер чад Израиля и приготовив их к принятию Мессии, должен был замениться Законом совершенства на более широких и вечных основаниях, на любви к Богу и близкому и на вере в Искупительный Подвиг Иисуса Христа.

Понимаемое во втором смысле исполнение Закона объясняет видимое противоречие между Законом Моисея и благодатью Иисуса Христа, а также разногласие между Ветхим и Новым Заветами. И в Ветхом Завете царил дух любви к Богу и близкому — но ограничиваемый временными условиями и положением одного частнаго народа Иудейскаго, он проявлялся в некоторых частных постановлениях, так что дух любви уступал духу правды, а иногда и ожесточению сердец.

Иисус Христос обновляет дух любви в понимании и исполнении заповедей, не отрицая их, а освобождая их от мёртвой буквы и от узкаго понимания книжников. — Исполнение Закона, полнота, совершенство его — Христос. Закон в малейших чертах должен существовать, пока Христос не исполнит всего сказаннаго о Себе. Это не значит, что Ветхий Закон нельзя отменить, заменить другим — он лишь не может остаться неисполненным.

Исполнение простирается на весь Закон Моисеев, так что в нём нет большаго и меньшаго, как различали в нём фарисеи (Мф. 23:23), — и в отношении к исполнению не может быть великаго или малаго, а только — исполнитель и не исполнитель. Нарушающий малую заповедь нарушает целый Закон и, следовательно, недостоин Царства Божия (Иак. 2:10); у Христа он называется малейшим (΄ελάχιςστος=последний, негодный) в Царстве Небесном.

Праведность нельзя измерить количеством исполняемых заповедей и важностью их, но полнотою исполнения: только фарисеи измеряли так праведность (5:20). Они разделяли заповеди на большия и меньшия, относя к первым заповеди десятословия, или заповеди, требующия или запрещающия то или иное действие, например — заповеди об обрезании, о Субботе, о жертвах, или запрещающия убийство, прелюбодеяние, воровство; ко вторым — заповеди, не вошедшия в десятословие, или запрещения в смысле пожелания, слова, а не действия, например заповедь о несварении ягнёнка в молоке матери, о заграждении уст вола молотящаго, о злословии князей и старших, и даже из десятословия о непожелании жены близкаго и прочее.

Стихи 20-22. В объяснение недостаточности праведности, достигаемой исполнением заповедей ветхозаветных, Иисус Христос проводит параллель между определениями Закона и пониманием их с точки зрения того начала, на котором основаны эти определения. Он не отвергает и не опровергает заповедей, но сводит их к основному началу любви. По этому началу самый гнев — если он напрасен, неоснователен — подлежит суду, а осуждение близкаго — осуждению на муку в геенне. Гневайтеся и не согрешайте.

Примечание. Геенна, от Иудейскаго геенном; так называлась долина на Север от Иерусалима, по имени своих прежних владельцев — сынов Енномовых. В дни царей, покланявшихся идолам, там стоял жертвенник Молоха и раскладывались костры для проведения детей через огонь. Впоследствии сюда вывозили навоз, сор и всякую падаль, и постоянно горели огни и дымились кучи навоза для уничтожения заразы от разлагающихся трупов, как это бывает и теперь во многих Восточных и Южных городах. Огонь, смрад, дым, скрежет зубов хищных животных и прочее сделали это место образом места вечнаго мучения.

Стих 23. Примирение с близкими ставится как необходимое условие успешной молитвы и благоприятной Богу жертвы. Кто примирился с близкими, тот смирил себя, укротил страсть гнева, уничтожил вражду и зависть, проникся сознанием своей виновности и малости перед близкими, возжелал им добра, почувствовал к ним любовь — словом, стал считать близких своими братьями по духу, чадами одного Отца Небеснаго. Отсюда на Земле мир и между людьми взаимное благоволение. Молитва таких людей, которые признают себя детьми Отца Небеснаго и стараются быть достойными Его, очистившись от всего страстнаго, земного, свободно восходит к Небу и, как воздыхание и прошение сына Божия с благоволением приемлется Отцом Небесным. Оттого прежде молитвы и жертвы требуется оставление дара перед алтарём и примирение с близким.

Стих 24. Самое оставление дара перед алтарём для примирения с противником можно понимать и в переносном смысле: достаточно в сердце или уме примириться с врагом, то есть пожелать этого примирения, вознамериться при первом же случае сотворить мир с ним, искать случая примирения: это и будет оставление дара перед алтарём. Ещё в Ветхом Завете возвещалось от лица Господня: милости хощу, а не жертвы (Осия 6:6). В Новом Завете дух милости и мира должны сделаться господствующими.

Стих 26. Римские законы были очень строги по отношению к должникам. Заимодавец имел право посадить должника в темницу и держать его до истребования от него полностию всего долга, как бы он мал ни был. Несчастные должники, не имевшие возможности уплатить долга — или томились всю жизнь в темнице или превращались в рабов — без возможности отработать должное или освободиться от темницы. — Кодрант — quadrans, 1/4 асса, то есть мелкой медной монеты, равнялся двум лептам (Мк. 12:42).

Стих 29. Исторжение ока, хотя бы то и праваго, и отсечение руки, даже правой, нужно понимать, конечно, в смысле переносном, так как не оне, собственно, соблазняют человека, а душевныя страсти, ищущия посредством их себе удовлетворения. Отсекать значит подавлять страсти, хотя бы это было так трудно, как отсечь руку или вынуть глаз. Под соблазняющими членами нужно разуметь и лиц столь же дорогих нам, как эти члены=и их нужно удалять.

Стих 32. Запрещение развода естественно вытекает из понятия о браке, как союзе двух лиц, составляющих одно тело. Только фактическое нарушение сего союза — прелюбодейство ведёт к юридическому расторжению. Всякая другая причина — разность лет, мыслей и других действий не может касаться этой физической и нравственной связи между двумя лицами и, следовательно, не может вести к разводу. Христос не запрещает развода, но и не одобряет (Мк. 10:5 и далее). Ограждая права личности и в особенности права женщины, Моисей допустил развод по многим причинам. Иисус Христос эти причины назвал жестокосердием (Мф. 19:8).

Стихи 33-37. Запрещение клятвы относится ко лжи и неисполнение обетов. Приведённыя места (Лев. 19:12; Втор. 23:21) указывают именно на такия клятвы. Чтобы избежать суда за нарушение клятвы, Иудеи прибегали к хитрости, призывая не имя Божие, а некоторые священные и дорогие предметы; но понятно, что это был обман самих себя и для глаз малопонимающих. Иисус Христос указывает, что и в этих клятвах лежит имя Божие и, следовательно, они клятвопреступники. Если же они хотят клятвою подтвердить истину слов, то для этого достаточно сказать да или нет. Клятва же не запрещается в случае необходимости. Последняя уступка отличает учение Иисуса Христа от учения ессеев, которые запрещали клятву во всех случаях.

Стих 38. Заповедь Ветхаго Завета: око за око дана была в ограждение произвола и дерзости. Страх наказания должен был удерживать от преступления и обид. Иисус Христос выше страха ставит любовь, как единственное средство удерживать зло. Простой разсчёт удерживать своею терпеливостью силу обидчика может быть сильным побуждением к терпению; но главное — любовь ко врагу. Не противься злу не значит не оказывай вовсе сопротивления. Иисус Христос Сам упрекает бившаго Его несправедливо (Ин. 18:23), потому что желал привести его к сознанию своего проступка, но когда злоба не обращала внимания на кроткия замечания страдальца, Он молчал. И так указывай на неправду обидчика, но когда он не внимает указанию, безропотно переноси обиды.

Однако, все эти правила касаются только близких или людей, принимающих этот закон — между которыми могут быть и разногласия и ссоры, но которые в итоге не желают зла и погибели друг другу (иначе это будут лже-братия, то есть волки в овечьих шкурах — о чём хорошо сказал митрополит Московский Филарет (Дроздов): «Возлюби врага своего, возненавидь врага Божия и сокруши врага Отечества»).

Стих 43. Возлюбиши искренняго твоего и возненавидиши врага твоего (Μф. 5:43). Второй половины этого стиха нет в подлинном тексте книги Левит, как и во всём Ветхом Завете; но раввины, понимая под словом искренний, или близкий — только единоплеменника или единоверца, из заповеди, запрещающей враждовать против единоплеменников (Лев. 19:17-38), по противоположности, вывели, что всякаго не-иудея должно ненавидеть. Иисус Христос в таком смысле и привёл эту заповедь.

Стих 44. Любовь ко врагам вытекает из понятия о близком, как сыне одного с нами Отца Небеснаго. Его враждебное отношение к нам объясняется его несовершенством, болезнию, исключительным положением. Не простой разсчёт должен побуждать к хорошему обращению со врагом, но действительная любовь. Никто не осудит матери, любящей своё дитя, хотя оно по неразумию или болезненному состоянию причиняет ей огорчения. Напротив, всякий осудит того, кто враждебно относится к больному, который в припадке болезни раздражается, не помнит себя и не понимает окружающих его. А враг есть именно такой больной. И потому любить врага — любить в нём близкаго; его вражду считать болезнью, несовершенством, и молиться о прекращении этой болезни.

Стих 48. Любовь ко всем и в особенности любовь ко врагам есть Божественное свойство. Обнаружение её ведёт к высшему совершенству, делает человека более подобным Богу, и потому она предлагается всем людям, так как все есть дети Отца Небеснаго. Если такое Богоподобие — как высочайшее совершенство — недостижимо в сей жизни и никогда, то оно всё-таки есть цель, к которой мы вечно будем и должны стремиться.

Гл 6:2. Егда твориши милостыню, не воструби пред собою. В дни великих праздников и нарочитых дней Закон повелевал возвещать наступление торжества и начало Богослужений и священных действий трубными звуками (Числ. 10:1,10=Иоил. 2:1,15). Должно быть, применительно к этому установлению, фарисеи времён Иисуса повелевали трубить не только перед началом богослужения, но и перед совершением других действий богоугодных, как например перед раздачей милостыни: что делалось, как бы, с благой целью привлечь нуждающихся из отдалённых мест и раздать наибольшее количество милостыни; на самом же деле для того, чтобы о раздаятелях милостыни говорили и их прославляли.

Таким образом, запрещение трубить перед собой во время раздачи милостыни означало запрещение оглашать и хвалиться своей благотворительностью.

Стих 3. Да не увесть шуйца, яже творит десница твоя. У Иудеев правая рука предпочиталась левой, так что некоторые важныя действия совершались правой рукой без содействия и участия левой. Так, по свидетельству Маймонида принесение чаши с жертвенной кровью к алтарю (в дни существования храма) совершалось непременно правой рукой, а не левой; точно так же и теперь возношение и употребление Субботней чаши вина за столом по обычаю у Иудеев совершается одной правой рукой. Этим, конечно, выражается внимание и как бы уважение к совершаемому действию.

В приложении к раздаянию милостыни выражение о правой и левой руке приточно означает необходимость особеннаго внимания со стороны творящаго милостыню, чтобы к побуждениям сотворить доброе дело не примешивались какие-либо своекорыстные и себялюбивые разсчёты.

Стих 6. Вниди в клеть твою и, затворив двери твоя, помолися Отцу, Иже втайне. То же побуждение к тайной молитве, как и к совершению тайной милостыни. Но это не исключает молитвы общественной, открытой. Как есть нужды частныя и общественныя, так есть и молитвы частныя и общественныя. Иисус Христос не запрещал последнего, но порицал фарисеев, которые частную молитву, касающуюся их лично, делали предметом общаго внимания. Иисус Христос часто Сам молился перед учениками и народом, когда дело шло об общих нуждах.

Стих 7. Не лишше глаголите=не будьте болтливы. Язычники имели обычай не только совершать продолжительные молитвы (3 Цар. 18:26), но и повторять некоторые фразы и даже слоги, чтобы своими молитвами вынудить у богов исполнение своих желаний.

Спаситель не запрещает здесь продолжительных молитв (Он Сам пребывал в молитве целыми ночами); но, — как замечает святой Иоанн Златоустый, — не хочет, чтобы наши молитвы были пустыми и, можно прибавить, не хочет, чтобы мы полагались на продолжительность молитв, как средство достигнуть просимаго.

Стих 8. Вестъ бо Отец ваш, ихже требуете, прежде прошения вашего. Это не то значит, что не нужно вовсе молиться. Молитва, как потребность души, так же естественна, как и всякая иная потребность. Но удовлетворяя ей, человек не должен думать, что она нужна Богу, то есть для того, чтобы Бог знал о наших нуждах. — Она нужна только человеку, который в этом случае направляет свою волю и свою мысль туда же, куда направлена и воля Божия — и если сам ничего не может сделать для себя, то своим безучастием не противодействует воле Божией.

Стихи 9-13. О молитве Господней. По свидетельству Луки (11:1-2), молитва Господня была произнесена в другой раз и по другому случаю, именно, по просьбе учеников научить их молиться. Но можно думать, что Иисус Христос неоднократно повторял её Своим последователям. И потому, несмотря на сходство самой молитвы, нельзя допустить, чтобы Евангелисты говорили об одном факте различным образом.

У Луки нет заключительных слов молитвы: Яко Твое есть Царствие и сила и слава во веки. Аминь. Нет их и во многих Греческих рукописях, в Вульгате и у некоторых Отцов Церкви. Поэтому некоторые толкователи считают их литургическим славословием, внесённым в Греческий текст Евангелия из Служебника. Но так как они есть в других Греческих рукописях, в древнем Сирийском переводе, у Златоустаго (беседа на Мф. 19:6) и других отцов, то считать их позднейшей прибавкой нельзя, а только нужно думать, что Евангелист Матфей сохранил первоначальный текст молитвы полнее, а Лука — короче, как это замечено и о всей нагорной беседе.

Точно то же нужно сказать и о необходимости на молитве прощать близких. Хотя Марк говорит о ней при других обстоятельствах (Мк. 11:25); но это не показывает, что Матфей внёс случайно сюда эту речь, взяв её из другого времени, потому что у самого Матфея это выражение повторяется почти буквально в другом месте (18:35). Значит, оно не раз произнесено было Иисусом Христом.

Стих 22. Светильник тела есть око, то есть самая светлая часть в теле. Сравнение взято и от сходства глаза со светильником в комнате, и от значения его в жизни органической и духовной.

Стих 24. Невозможность служить двум господам обусловливается различием требований этих лиц. Одинаковость требований иногда делают возможным совместное служение двум господам. Здесь же разумеются не только несходныя, но даже противоположныя.

Стих 25. Не заботьтесь душею о пище. Душа здесь и везде почти = жизнь. Не нужно поставлять целью жизни пищу, как не нужно делать тело вешалкой — выставкой одежды*.

Ничтожность такой цели, если бы она кому пришла в голову, обнаруживается из сравнения людских забот о пище и одежде с беззаботностью птиц и роскошью растений. Господь не запрещает забот о пище и одежде и не поощряет празднолюбия и попрошайничества, которое, оставляя все заботы об удовлетворении естественных нужд, ждёт его от помощи близких, или как говорят, от Бога. Но Иисус Христос требует, чтобы главной целью наших забот было приобретение Царства Божия. Ищите прежде Царства Божия и правды его, и сия вся приложатся вам — то есть значение забот о материальных нуждах выяснится само собой из отношения их к решению главнаго вопроса о достижении Царства Божия. Отсюда же может вытекать и определение забот о завтрашнем дне. По-видимому, оно стоит в противоречии с правилом житейской мудрости, которое требует именно заботы о будущем раньше, чем оно наступило.

Но при ближайшем разсмотрении, правило о беззаботности опять сводится к исканию Царства Божия и к определению цели всякой заботы. Обезпечение своих будущих нужд, указываемое опытом и благоразумным предвидением, достигается не в тот день, когда предъявляются сами нужды, но далеко заранее. Так, земледелец заботится о будущей жатве, задолго приготовляя поле и засевая хлеб. Но его заботы нельзя назвать заботами завтрашняго дня, а того именно времени, когда он орет и сеет.

Совместимость же забот о достижении Царства Божия с заботами об удовлетворении материальных или, лучше, житейских нужд очень легко объясняется сравнением с занятиями людей учащихся, служащих или отправляющихся в далёкое путешествие.

У одних занятия науками, у других исполнение цели своей поездки — составляют главную и непременную заботу всего учебнаго и служебнаго времени или нахождения в пути, но при этом не забываются и сторонняя нужды: обед, отдых, переписка с родными и близкими и даже некоторыя развлечения. У усердных учащихся и служащих занятия делом, а у путников неудобства пути заставляют иногда забывать о пище, отдыхе и исполнении других обязанностей, не имеющих прямого отношения к главному предмету забот.

С другой стороны, конечно, бывают случаи, что заботы об удовлетворении сторонних нужд или опасение трудностей пути заставляют иногда забывать о пище, отдыхе и исполнении других обязанностей, не имеющих прямого отношения к главному предмету забот.

С другой стороны, конечно, бывают случаи, что заботы об удовлетворении сторонних нужд или опасение трудностей пути заставляют одних отказываться от учения и службы, а других от путешествия; но сущность дела от того не изменяется. То же должно происходить и у лиц, ищущих Царства Божия и правды его. Заботы о телесных нуждах, о земном, не должны препятствовать достижению Царствия Небеснаго.

Стихи 19-34. Разсуждение о тленности вещей, о безполезности забот, относящихся к удовлетворению насущных нужд, служит вместе с тем прекрасной картиной Промышления Божия, пекущагося о малейшем в мире, как и о самом важном, и о былинке полевой, как и о владыке всей Земли — Человеке.

Глава 7:6. Не давайте святыни псом, ни же пометайте бисер ваших пред свиньями. Псы и свиньи — животные нечистыя. Смысл притчи — не допускать святыни до осквернения, чтобы и самим не пострадать от презрителей святыни. Под святыней разумеется не только Христианство, но и всякая истина и добродетель. Под псами и свиньями Отцы Церкви разумеют и наши собственныя страсти.

Стих 12. Сказав о любви, как основе Христианской нравственной деятельности, Иисус Христос учит ещё и справедливости: вся елика аще хощете да творят вам человецы, тако и вы творите им. На уравнении прав и отношений зиждется крепость общественнаго союза: в сем состоят закон и пророки Ветхаго Завета. Иисус Христос к закону любви присовокупляет и этот естественный закон, чтобы показать, что между законом Божиим и законом естественным нет противоречий (Феофилакт).

Стихи 13—14. Широта врат и простор пути служат символом необузданности страстей и свободы пожеланий, несовместимых с трудами, предпринимаемыми человеком для спасения — напротив, теснота врат и узость пути есть символ лишений, переносимых Христианином для входа в Царство Небесное, трудности подвига и обуздания страстей. И понятно, почему первые по широкому пути попадут в погибель, а другие получат жизнь (Погибель — абадонна, ад. Апок 9:11).

Стих 21. Не всяк глаголяй Ми: Господи, Господи, внидет в Царствие Небесное. Молитва, равно как и вера, не дают ещё права на достижение Царства Божия. Можно пророчествовать, творить чудеса силой веры, или, — как говорит Апостол, — можно говорить языками Ангельскими и человеческими (1 Кор. 13:1-3), можно быть мучеником за веру Христову и не иметь любви, не исполнить, следовательно, самой существенной заповеди о любви, и потому остаться беззаконником и не войти в Царствие Божие. Иисус Христос говорит, что Он отвергнет таких людей и скажет, что Он не знал их, то есть не признавал их и не признаёт достойными Царства Божия.

Таким образом, Нагорная беседа представляет в себе слово:

а) О блаженствах (5:3-12),

б) О должности Апостольскаго служения (13-16);

в) О цели Христова пришествия относительно закона (17-20);

г) О смысле закона (21-48);

д) Об образе подаяния милостыни (6:1-4);

е) О подвиге молитвы (5-15);

ё) О совершении поста (16-18);

ж) О безпристрастии к земным вещам (19-34);

з) О неосуждении близкаго (7:1-5);

и) О неупотреблении во зло святыни (6);

й) Об услышании в молитвах (7-11);

i) О сущности закона и пророков (12);

к) О пути правды, как пути креста (13-14);

л) О распознании лжепророков (15-20);

м) О тщете пустосвятства (21-23);

н) О плодах учения Христова в творящих и безплодии в нетворящих онаго (24-29).

Нагорная проповедь представляет собой сокращение всего нравственнаго учения Иисуса Христа. При самом поверхностном взгляде на неё можно заметить резкое различие между учением Христовым и учением Ветхаго Завета. Сам Иисус Христос неоднократно в продолжении проповеди указывал на это различие.

Такое различие естественно должно было произойти от самого назначения того и другого закона. Ветхозаветный закон дан Иудеям как условие пользования благами земными. За исполнение его обещалось счастливое и спокойное обладание Землёй, изобилующей мёдом и молоком, долголетие и многочисленное потомство (Втор. 4:40; 30:16 и другие).

За исполнение заповедей Христовых — Царство Небесное и вечное блаженство. Там требовалось происхождение от Авраама, внешняя принадлежность к роду Израилеву, посредством обрезания. Здесь усыновление самому Богу, внутреннее, духовное родство с Ним, уподобление Богу в делах милосердия и любви к близким. Когда Иисус начинал Свою нагорную проповедь, то Его окружали слушатели, которые, под влиянием современных раввинских учений и толкований, ожидали Мессию, земного царя, который победит всех Иудейских врагов и дарует им благоденствие земное, под его владычеством они сделаются владыками всей Земли, будут обладать огромными богатствами и наслаждаться всеми земными благами и радостями, и не будут испытывать никакого горя и никакого несчастья или лишения.

Но вместо ожидаемых богатств, Иисус указывает Своим слушателям на необходимость нищеты, вместо радостей — плач, вместо пиршеств и наслаждения земными благами — алчбу и жажду, вместо побед над врагами и обладания Землёй — необходимость терпеливаго перенесения гонений, злословия, клевет и всякаго рода обид и страданий.

К этим отрицательным добродетелям великий Учитель присоединяет и положительные: кротость, милосердие к нуждающимся, миролюбие, чистоту сердца и любовь к близким, достигающую высшего своего проявления в любви ко врагам. Понятно, что предъявленные Иисусом условия для достижения высшего блаженства, или Царства Божия, должны были для многих показаться противоречащими давно известным заповедям, и Сам Иисус нарушителем закона, даннаго Богом через Моисея.

Но Иисус отклоняет от Себя такое подозрение и доказывает, что Он пришел не нарушить, но исполнить закон, указав на необходимость высшего понимания заповедей и придав высшее значение и тем особенным средствам, которые хоть и не требовались законом, но признавались необходимыми для благоугождения Богу: милостыне, посту и молитве. Иисус предостерегает Своих слушателей от фарисейской всенародной раздачи милостыни, от показного поста и лицемерной молитвы, объясняя, что такой образ совершения их заслуживает одобрения и славы только у людей, а не у Бога и потому предлагает совершать милостыню, пост и молитву втайне, перед лицом всевидящаго Бога, Который воздаст за них явно.

Представив затем величественную картину Промысла Божия, пекущагося не только о людях, но и о малейшей птичке и ничтожной полевой травке, Иисус поучает нестяжательности, презрению земными благами, внушая заботиться о приобретении благ Небесных. Наконец, советует не слушать тех учителей, которые будут учить иначе, а Его заповеди принять не слухом только, но и сердцем, и стараться осуществлять их на деле.

Примечание 1. Как Евангелист Матфей, по сравнению его Нагорной беседы с Лукой, поместил в ней некоторыя выражения, которыя у Луки находятся в другом месте и отнесены к другому времени: так и Лука в нагорной беседе помещает некоторыя выражения, относимыя Матфеем к другому времени. Так он приводит притчу: еда может слепец слепца водити; не оба ли в яму впадут (Лк. 6:39=Мф. 15:14).

По Матфею, эти слова были направлены против фарисеев, которые, ложно понимая закон, вели народ к такому же ложному пониманию. Ещё понятнее сделается эта притча, если припомним, что между фарисеями были такие, которые из боязни воззреть на женщину или увидеть что-нибудь соблазнительное, ходили с закрытыми глазами. Народ называл их слепыми. Другое присловие, приводимое Лукой (стих 40), также находится у Матфея (10:24) и Иоанна (13:16; 15:20) и было произнесено Иисусом Христом, как видно из этого, не один раз, а несколько раз. Несть ученик над учителя своего. Иисус Христос выражает в других случаях ту мысль, что ученики Его должны быть готовы к перенесению таких же страданий, какия переносит Он, их Учитель. Но здесь оно означает, что у кого человек учится и чему учится, то он и знает — и так знает, как его учили: ученики слепых фарисеев сами слепы; ученики Христовы, напротив, видят и понимают, но не лучше своего Учителя. Взятое отрывочно, без отношения к тому или другому положению учеников Иисуса Христа или другого кого, это выражение означает, что пока ученик остаётся учеником, до тех пор он не имеет чести выше учителя, дотоле он не может и знать больше своего учителя; хотя со временем, побывав у многих и разных учителей и сам трудясь и развиваясь, он может достигнуть и знания и почестей высших, нежели всякий из его учителей.

Примечание 2. В заключении учения о Нагорной беседе Иисуса Христа и в частности учения Его о блаженствах следует заметить, что у Евангелиста Луки к заповедям о блаженствах присоединяются ещё четыре «горя», как противоположность четырём находящимся у Луки блаженствам: горе богатым, горе пресыщенным, горе смеющимся и горе тем, которые пользуются у людей доброй славой и обращением. Евангелист Матфей не упоминает об этих формах проклятия, конечно, с той целью, чтобы не нарушить общаго течения мыслей обширной беседы Христовой. Лука же старался сохранить исторический порядок и возобновить в памяти слушателей Христовых те подробности, которыя служат прямым дополнением речи Спасителя, тем не менее легко могли быть опущены Матфеем, без нарушения плана и целости беседы. Сами слова, приводимые Лукой, заимствованы им из рассказов очевидцев и первоначальных слушателей Христа.

Запись опубликована в рубрике 46. Нагорная проповедь, _Синопсис, В Галилее, От второй Пасхи до третьей. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *